МХАТ к 75 летию часть 4(Чехов и Горький на сцене Художественного театра.)

 
Код для вставки на сайт или в блог (HTML)
Чехов и Горький на сцене Художественного театра.

4-я пластинка

С давних пор тесная творческая дружба связывает художественный театр с Леонидом Леоновым. Его первое драматургическое произведение — «Унтиловск» — поставил в 1928 году К. Станиславский. В 1957 году состоялась премьера «Золотой кареты». Это был «спектакль трагических противоречий жизни. Сценическая симфония во славу человеческого мужества. «Песнь о счастье, простом, как хлеб» (Н. Зайцев). Жизненные пути не повторяются, дети будут счастливее своих отцов, хотя это будет нелегкое счастье, — говорил мхатовский спектакль. Режиссеры П. Марков, В. Орлов, Станицын, художник Л. Силич шли к постижению философии леоновской пьесы, вникая в сложный нравственный мир ее героев.

Главный герой пьесы С. Алешина «Все остается людям» — ученый Дронов, вся жизнь которого — подвиг ради людей. Человек может жить в своих делах и пос¬ле смерти. Проблема долга перед обществом, честности перед самим собой стала главной в мхатовском спектакле, поставленном в 1959 году Г. Конским и Ю. Недзвецким (художник — Л. Силич). Наиболее остро прозвучала эта тема в сцене спора Дронова и священника Серафима Николаевича. «Жизненная позиция большого уче¬ного и большого, тяжко больного человека особенно полно раскрывается в его споре с умным попом Сера¬фимом», — писал А. Анастасьев. В споре, что выше — «призрачная вера в божественное провидение или действенная вера в жизнь, в человека, творящего жизнь для людей», побеждала правда Дронова.

После Октябрьской революции пьесы Чехова и Горького не сходят со сцены МХАТ. Если К. С. Стани¬славский и Вл. И. Немирович-Данченко создали идущий в искусстве новым путем творческий коллектив, то Чехов и Горький создали репертуар театра, проникнутый духом современности и гражданским пафосом.
В 1933 году из нескольких произведений Горького была создана инсценировка, объединенная общей те¬мой, — «В людях». Спектакль, поставленный М. Кедро¬вым (художник — С. Иванов), отображал детские и юношеские годы писателя, чудовищное уродство окружавшей его жизни. Символом произвола и нелепости общественного устройства становилась гротесковая фи¬гура булочника Семенова (М. Тарханов).
Пьеса М. Горького «Враги» была поставлена во МХАТ Вл. И. Немировичем-Данченко и М. Кедровым в 1935 году (художник — В. Дмитриев), Она давала богатейший материал и предъявляла «требования особого стиля... стиля высокого реализма».
«Должен признаться Вам, что с работой над «Врагами» я по-новому увидел Вас как драматурга, — писал Вл. И. Немирович-Данченко М. Горькому. — Вы бе¬рете кусок эпохи в крепчайшей политической установ¬ке и раскрываете это не цепью внешних событий, а через характерную группу художественных портретов, расставленных как в умной шахматной композиции. Мудрость заключается в том, что самая острая полити¬ческая тенденция в изображаемых столкновениях характеров становится не только художественно убеди¬тельной, но и жизненно-объективной, непреоборимой... «Враги» я считаю лучшим современным драматическим спектаклем и одним из лучших в истории Художествен¬ного театра...»
Во «Врагах» нашел наиболее полное выражение синтез трех восприятий — жизненного (не «житейского»), театрального и социального, — который Вл. И. Не¬мирович-Данченко определял как сущность современного сценического искусства. Все образы спектакля, резко делившиеся на два лагеря — капиталистов и рабочих, отчетливо несли горьковскую мысль.

В 1934 году театр обратился к новой пьесе М. Горького «Егор Булычов и другие» (режиссер —В. Сахновский, художник — К. Юон). Вл. И. Немирович-Данченко, руководивший постановкой, писал драматургу: «Такая пьеса, такое мужественное отношение к прошлому, такая смелость правды говорят о победе, окончательной и полнейшей победе революции больше, чем сотни плакатов и демонстраций».
В течение долгих лет театр связывала творческая дружба с М. Горьким (его имя было присвоено МХАТ в 1932 году). Первая встреча с великим пролетарским писателем произошла в 1902 году при постановке его пьесы «Мещане». 16 декабря 1902 года увидела свет рампы вторая пьеса Горького — «На дне» (постановка К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко, художник — В. Симов).
Если Чехов ставил новые общественно-художествен¬ные задачи, то Горький как драматург давал острый социальный анализ и звал к активной борьбе. МХАТ ув¬лекся смелостью наполняющих пьесу бунтарских мыслей, которые, по признанию Качалова, «были сродни и бунтарству нашего молодого театра». «Свобода — во что бы то ни стало», — так определил Станиславский духовную сущность пьесы «На дне».
«Во время «Дна», — вспоминал впоследствии Вл. И. Немирович-Данченко, — бунтующая и непримиримая правдивость соединяла его (Горького) с Художествен¬ным театром в общем натиске против канонов отживаю¬щего искусства за новое социальное содержание и новые формы...»
Успех был ошеломляющий. Пьеса заставила театр искать новые выразительные средства. Ее «боевой тон, бьющие, как хлыстом, слова, революционно насыщенная подоплека пьесы нашли сильное... театральное воплощение...» (Вл. И. Немирович-Данченко).
Спектакль явился знаменательным событием не только в истории МХАТ, но и в общественной жизни страны накануне русской революции 1905 года. Режиссура помогла артистам раскрыть романтический пафос горьковской пьесы, с ее призывом изменить жизнь, которая «не по росту человека», сбрасывает его на «дно» и предла¬гает в утешение ложь. Восхищаясь искусством мхатовцев,
М. Горький писал: «Вл. Ив. Немирович-Данченко так хорошо растолковал пьесу, так разработал ее, что не пропадает ни единого слова. Игра — поразительна. Москвин, Лужский, Качалов, Станиславский, Книппер, Грибунин совершили что-то удивительное...»
Спектакль сохранялся в той же постановке долгие и долгие годы. В записи сцен из спектакля, относящейся к 40-м годам, роли главных героев исполняют актеры второго поколения МХАТ.
Тема бесповоротного разрушения старого уклада определяла звучание спектакля «Вишневый сад» (постановка К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Дан¬ченко, художник — В. Симов).
В последней пьесе Чехова с особой остротой отразились общественные веяния эпохи. Не случайно «Виш¬невый сад» был запрещен цензурой для постановки в народных театрах как пьеса, изображающая «в ярких красках вырождение дворянства». «Вишневый сад» — живая для нас, близкая, современная пьеса… голос Чехова звучит в ней бодро, зажигательно, ибо сам он смотрит не назад, а вперед», — так определял Станиславский значение этой пьесы для Художественного театра. Отрывок из «Вишневого сада» дается в постановке 1904 года
(запись сделана в 30-х годах).